Дорогие участники и гости форума! Мы рады приветствовать вас на проекте «Право Крови», посвященном мистике в антураже средневековья.
Сюжет нашего форума повествует о жизни в трех средневековых королевствах, объединенных некогда в военный и политический союз против угрозы с юга. С течением времени узы, связывающие королевства воедино ослабевали, правители все больше уходили в заботу о нуждах собственных государств, забывая о том, что заставило их предшественников объединить страны в одно целое. Но время для заключения новых договоров пришло, короли готовы к подтвердить прежние договоренности. Или это лишь очередная политическая игра за власть, силу и влияние на континенте? Покажет время. А до тех пор, мир коварства, жестокости, меча и магии ждет своих новых героев. Героев, в чьих руках окажется будущее Офира, Солина и Брейвайна.

Вверх Вниз

Jus sanguinis

Информация о пользователе

Привет, Гость! Войдите или зарегистрируйтесь.


Вы здесь » Jus sanguinis » Альтернативная реальность » Fallen Lords


Fallen Lords

Сообщений 1 страница 3 из 3

1

Падшие лорды
♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦  ♦

Июнь 1357 ❖ Графство Ланкшир ❖ Рафаим (Жорж д'Артуа), Лилит (Амели Мартен)

Никто не знает откуда они прибыли и кто они на самом деле. Все считают их демонами. Ужасными существами с таким же темным сердцем и душой, как самая долгая ночь в году. Поверья гласят, что когда они построят из убитых ими жертв башню до небес наступит конец света.

Отредактировано George de Artois (2018-01-29 23:11:12)

+1

2

Он вышел на охоту только поздно ночью. После заката солнца никто обычно его не беспокоил. Глупцы считали, что он спит в своей теплой и мягкой крови. На самом деле Рафаим любил спать на голых и жестких камнях, так, чтобы их острия упирались в его прямую, гибкую спину. Он с самого рождения привык к такому, хотя и не помнит, как был рожден и кто его мать. Наверное у него ее не было. Рафаим помнит только отца - жесткого, властного, справедливого. Только его образ совсем забыт. Он изгнал своих детей из дома, он предал их и теперь они вынуждены жить там, куда так стремились - на земле. Тут жили люди. Грязные, отвратительные и глупые существа, привыкшие считать только себя венцами творений. Они боялись тех, кто был не таким как они и сразу пытались их уничтожить. Рафаиму же пришлось жить среди них чтобы выжить. Он принял облик одного из них и изучал людские науки уже более двухсот лет. Люди называли его епископом, считали его умным и прекрасным, но они не видели его истинной сущности, а он старался их понять. Рафаим тосковал по дому и по своей родной сестре. Ей пришлось жить в лесу, тут, неподалеку, в заброшенной, полу-разрушенной церкви. Она его любимая. Его сестра. Его жена. Его подруга. Его властная госпожа. У нее было множество имен и назначений, но она была для него всем. Он был готов сделать для нее все, даже если придется погибнуть ради ее прихоти. Сегодня ночью он придет к ней. Наверное она голодна. Опасно охотиться около своей же территории, но голод гонит его в чащу леса. Выбравшись через окно, демон мягко скользнул вниз к земле и оказался на ногах. Теперь он лишь отдаленно походил на человека. Острые когти на ногах могли вспороть любое животное пополам, а когти на руках брали даже сталь и камень. Ноги Рафаима были странные. Пусть их было две, но они слегка сгибались в коленях, отчего казалось, словно он идет в присяди. Он словно дикое видение безумного художника. Фиолетовое епископское облачение моталось из-за холодного ветерка с северо-запада. Оттуда в сторону Рафаима потянуло сладким, знакомым ему запахом. Люди. Очень далеко. "Еда" раздалось в голове. "Вкусная еда" радостно взвизгнул непонятный внутренний голос, но тут же замолк, когда его хозяин негромко прорычал, поводя головой. Немного длинные уши задвигались как локаторы, скрытые темными локонами волос, опускающимися почти до плеч. Ярко-желтые глаза светились в темноте. Пахло действительно прекрасно. Но к этому аромату примешивался еще запах конского пота и навоза. Рафаим был днем человеком, но ночью он был тем, кем родился. Люди называли таких как он демонами. Трава приятно щекотала его ноги, пахло травой и влажностью. Неподалеку от замка находился старый пруд, в котором лягушки квакали так громко, что ночью от их криков было не уснуть. Принюхавшись, Рафаим резко опустился на четвереньки и тут же исчез в высокой траве. Лишь стрекотание сверчков тревожило тишину, нависшую над замком.
- Мне кажется зря мы выбрали эту дорогу. Говорил же я тебе, что стоило повернуть на том указателе - послышалось в лесной чащобе и на дорогу выбрели верхом на лошадях четверо путников. Один из них был полный, сутулый толстяк, двое других смотрелись около него как тощие жерди. Кроме этого толстяк имел жутко неприятный, писклявый голос.
- Не слушай его Джон. Он совсем не знает этих мест. А я вот знаю их. Я же родился здесь - подал голос здоровяк, являющиеся четвертым в этой странной группе. Это были торговцы. Они ехали закупать товар на рынок в столице, чтобы продавать все закупленное гораздо дороже в родных краях. Ведь дефицит в деревнях весьма не слабый, особенно если недавно случился неурожай.
- Джон, твоя кобыла захромала. - вдруг засмеялся толстяк, решив подшутить над товарищем.
- Какая кобыла? - испуганно огляделся здоровяк, а две тощих засмеялись, смотря как их друг пытается оглядеть лошадь и увидеть ее хромоту.
- Жена твоя старая кобыла! - ухмыльнулся тот что пошутил, но не успел договорить, как увидел впереди небольшое озерцо, примыкающее к дороге. Скорей это даже был родник, ибо с края берега бил ключ. Около него суетилась маленькая девочка в простеньком платьице с узорами и платком на голове. Присев на корточки она неторопливо зачерпывала воду в деревянную бадью. Путников удивило такое. Что тут делает эта малышка в столь поздний час?
- Девочка, может тебе помочь? - поинтересовался у нее толстяк, как самый добрый и сострадательный из всей четверки. А вот здоровяку сразу не понравилась ситуация. При виде этой девочки у него сработал инстинкт охотника. По затылку поползли мурашки, а волосы встали дыбом. Реагировал он так либо на крупного гризли или волка.
- Помоги, пожалуйста, дяденька. Тяжело мне такую бадью поднимать. - пожаловалась "малышка", чуть ли не роняя уже наполненную водой кадушку в озеро.
- Откуда ты такая и почему ночью воду набираешь? - осторожно поинтересовался толстяк, подходя ближе и помогая девочке вытащить деревянное ведерко.
- Матушка отправила меня воду принести. Пить ей нечего, вот и гоняет она меня сюда. Мы живем тут неподалеку. - улыбнулась девочка, поднимаясь на ноги и подходя ближе к лошадям и путникам, в то время как толстяк нес за ней бадью. Кони при виде девчушки заволновались, их с трудом успокоили их седоки. Наверное тут недавно проходил волк или кабан, а их запах остался, потому животные так сильно волнуются. Никто не заметил, как сильно проседает земля и пригибается трава под стопой девочки. Ее дыхание только могло принадлежать не ребенку лет пяти-семи, а скорее старому, пропитому сапожнику, настолько оно было громким. Оказавшись рядом со всеми путниками девочка улыбнулась, отчего в ее глазах отразился красивый месяц на ночном небе.
- Дяденьки, а давайте поиграем. - засмеялась девочка и ее тело стало стремительно меняться. Рафаим быстро трансформировал собственную оболочку в обычное состояние и через секунду уже вступил на тропу охоты. Он не любил принимать свою полную настоящую внешность лишь из-за того, что влажный воздух сжигал его кожу, а в полу-человеческом облике он прекрасно себя чувствовал. Ухватив самого ближнего всадника за ногу, он с невероятной силой сдернул его с седла и ударил о землю головой. "Больно. Колет" засмеялся внутренний голос, когда демон ощутил, как сзади кто-то лупит его по спине мечом. Резко обернувшись, он ударил наотмашь здоровяка отчего тот завалился на землю спиной назад, пытаясь собрать остатки своего черепа, разваливавшегося прямо на глазах. Худой припустил лошадь, но не смог удержаться в седле и упал на землю, по ходу сломав ногу. Толстяк же пятился назад по дороге. Рафаим ухватил упавшего с лошади, того, кого он стукнул о землю, за макушку ладонью и резко дернул, оторвав голову. Кровь брызнула из шейных артерий, пачкая фиолетовую сутану демона, траву под его ногами и окропляя землю. Он поднял оторванную голову над своей, открыв рот, усеянный острыми зубами в два ряда и наклонил голову. Кровь из артерии полилась в его рот. Сладко, вкусно, сочно. Металлический привкус заставил Рафаима довольно заурчать и поморщится. Это восхитительно. "Еда. Вкусно. Еще" радостно вякнул голос в создании, но демон приказал ему заткнуться. По его плечам, по шее и лицу стекала кровавая жидкость. Но это мало. Слишком мало. Нужна плоть. Мягкая и сочная. Холод растекался по жилам и желудку. Дернувшись вперед, Рафаим медленно направился к своим жертвам, понимая, что они никуда не уйдут. Один слишком толстый, чтобы шустро бежать, а второй далеко не убежит со сломанной ногой. Страшно еще было то, что кровь стекала по одежде демона и не пачкала облачение.
- Ненавижу вас людей. - захрипел Рафаим, с улыбкой показывая свои окровавленные зубы. На минуту он остановился, поводя носом, а его вертикальные зрачки дрогнули. Он должен съесть здоровяка, а толстяка оставит для своей госпожи. Она голодна. Ей нужно больше жира и мяса. - Вы лишь животные. Скот. Я буду вас есть, так же как вы едите своих овец и коров.
Когда Рафаим только попал на землю, он думал совсем по другому. Он считал людей интересными, хотел с ними познакомится изучить и стать им другом. Они вместе с его супругой скитались по земле, ни разу не причинив им вред, принимали облик людей. Люди узнавали в них других существ и сразу хотели убить. Теперь Рафаим понял, что отец был прав. Там, где они жили была лишь бескрайняя пустыня кроваво-красная, бури застилали небеса и там никогда не было солнца и голубых небес. Они ездили на причудливых животных и у Рафаима был собственный питомец - помесь человека и собаки без лица. Демон услышал, как хромоногий пытается сбежать и рванул за ним, упав на четыре конечности. Он напал на него со спины, перепрыгнул через него и оказался впереди. Не успел мужчина даже охнуть, как жуткие когти вспороли его живот от горла и до паха. А Рафаим лишь засмеялся, цепляясь за плечи умирающего покрепче. Острые зубы впились в его шею, разрывая кожу. Теплая кровь полилась из раны, которую стал расширять еще сильнее демон, дергая головой вгрызаясь глубже и сильнее. Вскоре он просто вырвал с сильной кадык и откинул от себя уже умершего. Надо есть быстрее, пока труп еще свежий. Когда начнет вонять гнилью станет уже не съедобным. Толстяк попытался сбежать, но Рафаим сбил его на землю, а затем сломал ему обе ноги, чуть ли не пополам. Длинный хвост спокойно мотался за его спиной, увенчанный жутким острием, оперенный какими-то чешуйками. Пусть Рафаим и походил на человека, но он не был им. Он оставил толстяка и направился к здоровяку. Его лицо развалилось на несколько частей. Демон первым делом съел его мозг, потом, разорвав грудную клетку, вытащил сердце и сожрал и его. Дальше он питался только мясом, заглатывая кровь, копящуюся внутри мертвого человека, загребая полной ладонью и жилы с мясом. Демон рвал жертву с треском, с шумом, добираясь до самых сладких и лакомых органов. Вскоре он насытился, оставив после себя полу оголенный костяной труп с обрывками одежды. Опустившись на четыре конечности Рафаим подошел к толстяку и обхватил его хвостом за ногу. Одно лишь мгновение и демон мчится словно не разбирая дороги через лес, таща за собой толстяка. Он давно потерял сознание от ужаса и боли, но бился головой о кусты, камни и всякие выбоинки в земле. Рафаим знал куда идет. Он бежит к церкви, встретиться со своей госпожой. Она слаба, чтобы охотиться и он обязан притащить ей еды. В самой глубине леса расположилась заброшенная временем церковь. Вся покрытая мхом, листьями и кустами, она больше не была столь великолепной как раньше. Здесь можно было укрыться, а внутри было весьма уютно. Массивная дверь была закрыта. Рафаим посмотрел наверх, его тело напряглось и он прыгнул, уцепившись когтями в стену. Хвост удерживал полу-живого человека слишком крепко, чтобы тот упал. Прилагая все усилия чтобы забраться на крышу, демон смог совершить еще один прыжок и оказался на самом верху. Где-то тут была небольшая дыра. Он все хотел ее заделать, он решил, что она не плохая смотровая площадка для присмотра за окрестностями, потому оставил. Протиснувшись в дыру, Рафаим оказался внутри церкви. Он свесился вниз, крепко впив свои когти на ногах в потолочную балку и стал громко...урчать. Несколько минут он это делал, затем спрыгнул на середину помещения. Свою жертву он бросил на пол, словно готовый сделать подношение своей чудесной богине. Рафаим выпрямился, встав на две ноги и пошел к старому алтарю, чтобы напиться. Там из под земли бил холодный источник. Ведь ему еще и умыться надо.

+2

3

Всякий раз, вспоминая о тех инквизиторах, что пленили ее несколько недель тому назад, чтобы под пытками заставить сознаться в своих грехах и потом убить, Лилит хищно улыбалась. Она попалась по неосторожности, слишком увлеклась очередными поисками таинственного фолианта, который откроет ей и Рафаиму путь домой, а когда поняла, что оказалась в ловушке, было уже слишком поздно. На инквизиторов, защищенных амулетами, не действовали ее чары, а физических сил, чтобы справиться со всеми противниками, просто не хватило. Но даже оказавшись в плену, находясь за решеткой и будучи скованной прочными цепями, Лилит лишь снисходительно улыбалась. Глупые людишки… Он ведь все равно придет за ней… Она смеялась в лицо своим мучителям, когда те жгли ее кожу раскаленным металлом, ломали изящные пальцы и обливали святой водой. От ее насмешек инквизиторы только зверели, причиняя все больше и больше боли, но Лилит все равно улыбалась. Разбитыми в кровь губами, но улыбалась, потому знала, что он придет.
И он пришел.
Предсмертные вопли ее мучителей, полные боли и ужаса, казались Лилит сладкой музыкой, но больше всего ей понравился звук шагов Рафаима, треск металлической решетки, которую он играючи вырвал, чтобы войти в ее камеру, и его тяжелое дыхание, когда он склонился над ней.
Он всегда приходил. Всегда. Его ничего не могло заставить отступить, и, встав на ее след, Рафаим никогда не останавливался. И она это знала.
Придет он и сегодня, как приходил сюда, в эту полуразрушенную церквушку, каждую ночь, и Лилит сгорала от нетерпения, страстно желая, чтобы солнце поскорее скрылось за горизонтом, подарив ей новую встречу с Рафаимом. Он – родной брат, возлюбленный супруг, верный спутник и защитник. Он – тот, кто заполняет темную пустоту в груди демонессы, делая ее внутренне цельной и законченной. Он – тот, кто боготворит ее и поклоняется ей, каждым вздохом воспевая ее совершенство. Он – тот, кого она сделала центром своей собственной вселенной и ни разу не пожелала об этом. И когда внутри церкви раздаются его шаги, сменяющиеся тихим урчанием, Лилит довольно улыбается.
Он пришел. Он всегда приходит.
- Р-р-рафаим, - раздается в разрушенной церкви глубокий, чуть хрипловатый голос Лилит, и это мягкое рычание, плавно переходящее в нежное мурлыканье, отзывается в его теле, пройдясь по позвоночнику серией восхитительных искорок и рассыпавшихся где-то в подреберье приятным фейерверком.
Лилит, до этого скрывавшаяся в темноте, медленно выходит на освещенное лунным светом пространство церкви и направляется к Рафаиму. Она не любит скрывать свое тело под тряпками, которыми так стремятся прикрыться люди, и потому предстает перед братом во всей своей первозданной красе. И лунный свет серебрится на чуть смуглой коже демонессы, освещая ее точеное лицо и спускаясь с каждым ее шагом все ниже и ниже – на совершенные ключицы, полную, округлую грудь с темнеющими сосками, тонкую талию, плавную линию бедер и стройные ноги. Она приближается к Рафаиму, слегка покачивая бедрами и улыбаясь, а в ее глазах, таких же желтых, как и у брата, мерцают искорки – так всегда бывает, когда Лилит в прекрасном настроении.
- Ты пришел… – шепчет она, подойдя вплотную к возлюбленному, замершему возле алтаря, затем берет его за подбородок, заставляя Рафаима посмотреть ей в глаза, и улыбается. Он уже успел напиться из родника, отчего его губы и подбородок усыпаны капельками воды, а еще он явно только что охотился, и на его лице все еще видны пятна крови его жертв. - Я уже успела соскучиться, – промурлыкала Лилит тем своим особенным тембром голоса, который обычно сводил с ума даже самых стойких мужчин и женщин, а потом несколько раз мягко коснулась губ брата своими губами, иссушая с его кожи серебристые капельки родниковой воды, смешанной с кровью. - Ммм, как вкусно…
Затем она отпускает брата, переводит взгляд на лежащего на полу человека и снова улыбается, только на этот раз ее улыбка больше похожа на звериный оскал, обнажая небольшие, но очень острые клыки.
- Ты принес мне еду, – нараспев произносит Лилит, после чего обходит Рафаима и направляется к человеку. Он весь дрожит, будучи в шоке от боли и ужаса, но аура вожделения и похоти, что всегда сопутствует демонессе, уже оставила на нем свой отпечаток, и несчастный зачарованно смотрит на приближающуюся Лилит, желая обладать ею, даже находясь на пороге смерти. - Ты готов мне послужить? – все так же хищно улыбаясь, спрашивает Лилит, усаживаясь верхом на свою жертву, и тот, будучи уже не в силах говорить, со стоном несколько раз кивает головой. - Это хорошо, я тобой довольна, – раздается голос Лилит, после чего несчастный слышит звук собственных ломающихся ребер, когда демонесса одним точным ударом проламывает его грудную клетку. У него есть всего несколько мгновений перед смертью, и, угасая, он все это время смотрит на то, как Лилит поднимает вверх его трепещущее сердце и, хрипло смеясь, ловит губами падающие с него капли крови. Затем она вонзает клыки в свою добычу, быстро расправляясь с этим лакомством, после чего продолжает жадно терзать остывающее тело – она не любит холодную еду, и нужно торопиться. Некоторое время в тишине церкви слышны лишь звуки ломающихся костей, раздираемой плоти и тихое урчание Лилит, довольной таким подношением брата – она действительно была очень голодна, к тому же с каждым новым кусочком ее силы будут быстрее восстанавливаться.
Когда с едой было покончено, Лилит поднялась на ноги и подошла к алтарю, где находился родничок. Теперь ей тоже хотелось пить, и, набрав в ладонь немного воды, демонесса сделала глоток, потом еще и еще, после чего, утолив жажду, посмотрела на Рафаима. Он прекрасно умел понимать ее без всяких слов, и сейчас наверняка видел, что Лилит собирается поговорить с ним о продолжении поисков фолианта. Правда, Лилит тоже прекрасно понимала брата, который был весьма недоволен ее безрассудным поведением, ставшим причиной ее заточения в инквизиторском подвале, а потому она опасалась вот так сразу заводить разговор о фолианте. Надо было подготовить Рафаима, подождать, пока он немного расслабится после охоты, а потом уже поделиться с ним своей идеей.
- Как там эти святоши? – совершенно невинно поинтересовалась она, имея в виду инквизиторский орден, в котором недавно побывала. - Они все еще ищут нас? Или ты уже позаботился о том, чтобы они отказались от этой идеи?

Отредактировано Amelie Martin (2018-02-01 21:23:38)

+2


Вы здесь » Jus sanguinis » Альтернативная реальность » Fallen Lords